Очередная встреча членов клуба «Факториал»: Влияние христианства на мировую живопись
На прошлой неделе состоялась очередная встреча членов клуба «Факториал» по теме «Влияние христианства на мировое изобразительное искусство». Тема настолько глобальная, захватывающая, что и по сей день даже для искусствоведов, сказавших здесь так много на профессиональном уровне, она остаётся не исследованной до конца.
Изобразительное искусство способно затрагивать самые глубинные чувства, разложить его по полочкам и объяснить невозможно — это универсальный язык, читаемый всеми народами на всех континентах, особо не нуждающийся в переводе, часто вообще не требующий никаких пояснений. А когда речь идёт о Боге в искусстве, то здесь и вовсе открывается простор человеческим чувствам. Наверное, потому, что Он — самая большая тайна, Творец мира и человека.
В истории мирового изобразительного искусства осталось великое множество шедевров с христианской тематикой. Начиная с Средних веков на протяжении всех столетий художники обращались к этой теме. Особенно большой вклад внесли живописцы и скульпторы эпохи Ренессанса и так называемых трёх золотых веков живописи.
До нашего времени дошли средневековые потрескавшиеся, покрывшиеся кракелюрами доски, скорее похожие на иконы, чем на привычные нам картины. Имена многих мастеров неизвестны. Пленяют восхитительные работы Леонардо да Винчи, Рафаэля, нельзя пройти мимо Тициана, Тинторетто, Эль Греко, Караваджо, Рубенса, Пуссена, Лоррена, Крамского, Репина, Поленова. Но сегодня мы немного коснёмся других имён, о которых аудитории рассказывал на данной встрече клуба Евгений Наумович Марголин, планирующий провести целый цикл встреч о влиянии христианства. Первая из них была посвящена сотворению мира.
Прежде откроем Библию в самом начале — Книгу Бытия Ветхого Завета, где как раз говорится о начале начал. Именно на Библию опирались художники, изображавшие Творца, Вселенную и человека, маэстрией своей кисти постигавшие на полотне тайны мироздания. Вот что там говорится:
Вначале сотворил Бог небо и землю.
Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.
И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.
И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.
И назвал Бог свет днём, а тьму ночью.
И был вечер, и было утро: день один.
И чуть ниже:
И сказал Бог: сотворим человека по образу нашему по подобию нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землёю, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.
И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его, мужчину и женщину сотворил их.
Соблюдая хронологию, будем двигаться в своём маленьком исследовании из глубины истории в наше время. Возьмём одну из работ неизвестного художника XIII века. На ней Бог изображён совершенно необычно для нас. Он придерживает левой рукой Его детище — Вселенную, в другой держит огромный циркуль, который одной ножкой поставлен в центр композиции. Так художник представлял момент великого созидания. Вероятно, людям не искушённым прелестью старой живописи картина может показаться примитивной. Но мастер, не считающий нужным прибегнуть к богатейшей палитре красок и линейной перспективе, сделал акцент на сюжете. Картина, несмотря на чрезвычайную сдержанность, во всём замечательная.
В своём творчестве к Богу обращался скульптор и живописец, титан эпохи Возрождения, итальянец Микеланджело Буонарроти (1475 — 1564). Обратимся к одному из его шедевров — фреске «Сотворение Адама», украшающей потолок Сикстинской капеллы в Риме, работа датируется 1511 годом.
В бесконечном пространстве летит седовласый
Впечатляет анатомия фигур, которые пишет Микеланджело. Тело Бога и тело Адама идеальны, само совершенство. Они несколько массивны, но каждый мускул, каждая мышца напряжены и выписаны в неподражаемой манере мастера. Работы Микеланджело Буонарроти — это мощный поток энергии, это разговор о вечном. Кажется, теряешь чувство времени, когда смотришь на эту фреску, достойной восклицания: «mamma mia!», в переводе: «о, мамочка родная!». Мастеру, выполнявшему заказы римских пап, были присущи титанический труд и громадное упорство. Исследователи его творчества говорят, что он, расписывая плафон капеллы, бывало по целым неделям не сходил с лесов, ел и спал там же. Краска капала гению на лицо, разъедала глаза, но он работал до двадцати часов в сутки.
И ещё одно имя. Оно уже ближе к нашему времени. Это французский живописец, график и гравёр Гюстав Доре, творчество которого приходится на XIX столетие.
Главный труд Доре — это иллюстрированная Библия. С 1864 по 1866 год Доре работал по иллюстрированию Книги всех книг, создав 230 гравюр, рассказывающих о сотворении мира, жизни Израиля времён Иисуса Христа, проповедях апостолов и пророков, спасении человечества через кровь Христа. Посредством «живых» гравюр читатели могут погрузиться в далёкие времена, когда Господь создавал землю, созерцать Великий Потоп, Вавилонское столпотворение, заглянуть в мир будущего, описанного в откровениях Иоанна Богослова.
По словам одного исследователя творчества мастера, «Сотворение света» и другие гравюры, которые повествуют о дальнейших библейских событиях, говорят: Доре писал Ветхий Завет, стараясь передать его в духе древнего космизма, отразить грандиозные процессы на заре человечества. Это яркие вспышки света, вздыбленные скалы, бескрайние долины, бездонные ущелья — всё сознательно преувеличено. Доре выступает как великий романтик.
В «Сотворении света» лучи света разрезают тьму. Кажется, ещё неясно, где суша, а где вода. Непонятно, где границы стихий, пространство бесконечно, не имеет горизонтов. Ещё не созданы человек, твари земные, рыбы, птицы, трава и деревья. Всё словно в бурном водовороте. Таким путём мастер трактует начало начал.
Д. Тарасов
